shadow_left
Logo
Shadow_R

Главное Menu

Поиск

Баннеры

Реклама

Авторизация

Кто на сайте?

Статистика

Посетителей: 2694926

Партнёры


Экспорт новостей

liga-zvuka
Популярное
 
   
Клейнот Виталий Ефимович
04.09.2011 г.

— центр кристаллизации молодых талантов, ныне «Супер- звезд» шоу-бизнеса в 70е годы прошлого столетия.

 

Не так давно, я, случайно, созвонился с человеком, которому обязан формированием своего музыкального вкуса.

Это Виталий Клейнот, известный джазовый саксофонист 70х годов прошлого столетия. Он уже в преклонном возрасте, однако достаточно хорошо выглядит и довольно успешный бизнесмен. С помощью «Скайпа», мы мило поболтали и даже смогли предъявить наших жен, что не могли сделать более тридцати лет. Поле этого разговора я решил написать историю нашего знакомства и совместной работы. Так как его музыкальная карьера довольно хорошо описана в Интернете, я не буду повторяться, чтобы читателей не создалось впечатление, что я имею к этому какое-то отношение. Просто для меня этот человек сыграл очень большую роль как учитель «слушать и понимать» музыку, и мне захотелось рассказать о том отрезке своей жизни, который был связан с работой с этим талантливым человеком.

В 1982 году, я учился на втором курсе МАИ и, руководил факультетским ВИА (вокально-инструментальным ансамблем). В те времена достать сценическое оборудование через торговые сети было совершенно не возможно, и все доставалось «из-под полы». Совершенно не важно, кто именно привел меня в ресторан «Советский», в котором работал Виталий музыкальным руководителем, но наше знакомство состоялось именно по поводу приобретения сценического оборудования. В те времена, практически все музыканты приторговывали такими вещами, чтобы заработать себе на более совершенное и дорогое оборудование.

Пройдя в зал ресторана «Советский» (в прошлом «Яр» на Петроградском шоссе, которое начиналось от 1й Терской — Ямской улицы), я был раздавлен историческим величием громадного зала и обилием современного, по тем временам оборудования на сцене. Меня встретил вальяжного вида человек, который всем своим видом соответствовал той атмосфере, в которую я попал. Другими словами: клиент был - «готов».

Виталий в дружелюбной форме засыпал меня рассказами о своей работе и великих музыкантах того времени, продемонстрировал работу самодельного усилителя с ревербератором ( по легенде он был разработан по заказу Г.А Гараняна, оркестр которого гремел на весь Союз). Я — был «раздавлен». С чувством кролика, который замер перед удавом, я отдал ему деньги за аппаратуру, и совершенно счастливый увез ее к себе в репетиционную. Так бы и закончилось наше знакомство, но однажды Виталий обратился ко мне с просьбой вернуть ему ревербератор (он собственно и был «заманухой» для этого комплекта оборудования). Ревербератор был ему необходим для записи, а для музыканта, пусть даже и молодого, это было — святое. Я привез ему прибор и, думаю, в знак признательности он стал приглашать меня на репетиции своего коллектива, поручать мне мелкую техническую работу со звуковым оборудованием. Так, не заметно, я стал привычным участником творческого процесса, который занимал Виталия в то время. А процесс был связан с постановкой одного из первых масштабных варьете. Собственно говоря, сейчас трудно понять грандиозность этого проекта, а во времена, когда «западная» культура развлечений была чужда пониманию руководства той организации (МОМА — Московское Объединение Музыкальных Ансамблей).

Виталий Клейнот мечтал поставить шоу-программу в лучших традициях этого жанра, и активно привлекал к этому процессу молодых и талантливых людей. В качестве примера можно привести тот факт, что эскизы костюмов для участников программы рисовал Вячеслав Зайцев (ныне — мэтр отечественного модельного бизнеса), а на роль «Примы», предполагалось участие молодой и подающей большие надежды певицы Аллы Пугачевой, но по каким-то причинам, этого не состоялось.

Надо отдать должное удивительному таланту Виталия быть творческим наставником своих молодых коллег. Лично я, считаю, что именно ему я обязан формированию своего музыкального вкуса и понимания современного джаза. Он, иногда, приглашал меня к себе и настоятельно предлагал слушать пластинки с записями исполнителей различных джазовых направлений и стилей, постоянно комментировал прослушанный материал и шаг за шагом, он вводил меня в мир джаз-рока.

Именно он, Виталий Клейнот предложил мне посмотреть на творчество «Битлс» через призму гениального исполнителя «Соул», Рея Чарльза, после чего я и проникся их музыкальным наследием. Через некоторое время я уже не представлял себе аранжировки музыкальных произведений без сопровождения духовых инструментов, а группа «Чикаго» стала для меня образцом джаз-рока. Сам Клейнот, будучи одним из лучших российских саксофонистов того времени, не так часто «баловал» нас своим исполнительским мастерством, уделяя внимание руководству оркестром и аранжировкам. Организаторская работа над постановкой шоу-программы отнимало практически все его время, однако, когда он брал саксофон его исполнение сольных партий на суб-тонах в нижнем диапазоне своего «тенора», завораживала слушателей. Моя супруга, совершенно далекая от музыки, до сих пор ассоциирует саксофон с именем Клейнота.

Работая над своими проектами Виталий, будучи знакомым с А.С. Зацепиным (культовым композитором) своего времени, много работал на его домашней студии и записал, в качестве аранжировщика и исполнителя много музыкального материала для фильмов, музыку для которых писал великий маэстро.

Мне как «сыну полка» так-же довелось присутствовать на этих записях и лично общаться с Александром Сергеевичем. Так я, постепенно стал тянуться к работе звукорежиссера, что в последствии и стало моей профессией на долгий отрезок жизни.

Так «безоблачно» и протекала бы наша творческая жизнь, если бы не сработала «формула Жванецкого»: Консерватория — Джаз — Варьете — Суд — Сибирь.

Как у любого деятельного и предприимчивого человека у Виталия Клейнота были «доброжелатели» и завистники. Клей (так его звали близкие знакомые), был очень требователен в работе и не терпел непрофессиональности в работе. Сотрудников, которые не справлялись с поставленной задачей он безжалостно увольнял, чем породил армию врагов. Как обычно в те времена на него написали анонимный донос (куда следует). И Клейнота взяли в «оборот».

Как это было в те времена, любое новое дело сталкивалось с проблемами финансирования. Тогда не было «инвесторов», «акционеров», а было - «штатное расписание», причем, такие единицы, как «дизайнер», «художник по свету или костюмам», не было и в помине. Сейчас многие известные музыканты или президент вспоминают свое прошлое, как они работали дворниками или истопниками в ЖЭКах. А тогда это было — не должностное соответствие. Уж не знаю, кем был оформлен у Виталия В. Зайцев, но не «художником по костюмам».

На суде, который последовал после «раскрытия громкого дела», после подтверждения свидетелями, которые работали и получали свои «кровно-заработанные» деньги, был вынесен приговор: три года поселений («химия»). Основным аргументом для линии обвинения было то что все свидетели подтвердили факт получения денег, до копейки (порядочность «продюссера» тогда не предполагалась).

Надо отдать должное тем людям, которые не отвернулись от Виталия в трудный для него момент и продолжали с ним общаться и работать. Я не оговорился, даже в местах поселения он продолжал работать: писать оранжировки к песням А.С. Зацепина, строить новые грандиозные планы. Иными словами: Клейнот не унывал, а его друзья и соратники поддерживали его всеми доступными средствами.

После «погрома» в хозястве Клейнота, руководство МОМА стало чесать «репу», что делать с этим наследием (я имею ввиду оборудование, свет, декорации). Так я остался работать в МОМА, как «хранитель наследия Клейнота», или инженером, который знал, как всем этим пользоваться. Через год, меня перевели работать звукорежиссером в варьете одного из залов гостиницы «Россия». Там я проработал почти два года, и сдружился с Мариной, одной из бэк-вокалисток оркестра. Я много рассказывал ей про свою работу с Виталием, а она, в свою очередь слышала много о нем со стороны.

Не помню точно кто из нас двоих стал инициатором знакомства Марины с Виталием, но оно состоялось в момент, когда Виталий приехал в Москву «подлечиться» (только таким образом можно было получить небольшой отпуск домой из мест «перtвоспитания» в то время). У них завязались серьезные отношения, да такие, что Марина, как «жена Декабриста», после окончания «лечения», моталась к Виталию на свидания по месту его «перевоспитания». Когда Виталий, с совершенно чистой совестью и «перевоспитанный», возвратился в Москву, они поженились и Марина нарожала ему толпу девчонок, что ни когда не смущало Клейнота и он всегда, и думаю, что действительно, выглядел счастливым отцом и мужем.

Но на этом наши отношения с Виталием не закончились.

Стряхнув с себя «пыль Централа», Виталий, с головой ушел в новый проект. В этот раз он решил создать «Супер-группу», на подобии заморских «Смоки» или «Иглс». Такие хиты, как «Хотель Калифорния» и «Вотки найду», звучали на каждом шагу и ему захотелось показать им нашу «Русскую мать».

В свой новый коллектив он пригласил таких молодых артистов (называю ныне самых известных): Колю Расторгуева (ныне солист группы «Любэ»; народный артист; депутат; кент премъерминистра), Толика Абрамова (барабанщик группы «Аракс»), Мишу Файбушевича ( солист группы «Белый Орел»). Два великолепных гитариста: Юра Рыманов (до 2008 года, группа «Любе») и Гриша Безуглый (группа «Круиз»). Все музыканты ныне — звезды или супер-звезды отечественного шоу-бизнеса.

Собрав свою «могучую кучку», Виталий озадачился проблемой «выживания» (в прямом смысле этого слова) своего коллектива, а для этого, как не банально это звучит, были нужны деньги. Деньги надо было заработать, а заработать их можно было там, где их — платят. Направлением «главного удара» был — Кавказ, точнее — ресторан «Кавказский Аул» (там платили!). «Группа захвата» стала готовится к сражению за «трофеи», а для этого нужна была соответствующая программа. Популярные хиты того времени музыканты исполняли безукоризненно, но был нужен «Кавказский сюрприз». Для этого Виталий пригласил одного певца — горца, с прекрасным голосом и манерой исполнения. Казалось бы все было учтено, но (как обычно это бывает) мечту разрушила женщина (обычная Тамбовская крестьянка). Жена нашего кавказца наотрез отказывалась отпустить его на гастроли с коллективом. Она настояла, чтобы «наша надежда» вернулся в семью, а точнее, в деревню под Тамбовом.

Гастроли были на грании срыва, и коллектив направил меня, как «голубя мира», на переговоры в Тамбовскую губернию.


Я специально в деталях описываю эти события, чтобы читатель представлял себе те времена, в которых происходили «знаковые» события. Добравшись до Тамбова на автобусе, я стоял у проселочной грунтовой дороги, по которой мне необходимо было преодолеть еще около десяти километров. На мое счастье (так мне поначалу показалось), в попутном направлении ехал мотоциклист, который согласился меня подвести до пункта назначения.

Мы довольно живо продвигались по грунтовке, как вдруг мой «байкер» заметил группу пацанов на полянке, которые предложили ему сыграть с ними в футбол. Я смирился с этим (деваться то было не куда), и игра началась! Эта кучка побегала полчасика по. полянке и в одно мгновение выпила несколько бутылок какого-то пойла, и сразу все опьянели. Теперь у меня в качестве водителя был уже «пьяный байкер» (наверное после того случая я их ненавижу).

Мы с горем пополам «довихляли» до нужной деревни и я вошел в хату.... В хате мне открылась такая картина: полупустая комната с русской печью, на которой лежали старик и кучка мальчишек, а посреди комнаты стоял стол с большой миской дымящихся куриных потрохов. За столом сидела молодая девушка с внешностью «на любителя» и золотыми коронками во рту. Она философски выбирала потроха из тарелки, отправляла их в «золотой рот», наблюдая процесс в зеркале напротив стола. Компания хранила гробовое молчание и мне стоило не малых дипломатических усилий выяснить, что: все уехали на свадьбу с соседнее село. Я смирился с судьбой и сел на лавочку у печи. Так я просидел несколько часов, как вдруг в хату ввалилась шумная толпа сельской молодежи (оказалось, что это был ответный визит свадьбы). Наш «Горец» страшно обрадовался моему приезду и все накинулись меня угощать. Угощение началось со стакана самогона и опустошив его, я сразу «обмяк» (у меня сутки маковой росинки во рту не было), но русские после первого стакана не закусывают. Однако через некоторое время толпу заинтересовала цель моего визита. Я попытался коротко доложить обстановку, но как обычно в пьяной толпе оказался местный «мент», который тыча мне в лицо красную записную книжку, учинил мне допрос. Его интересовало: не американский ли я шпион, который хочет выкрасть секреты их сельского коровника. Он уже было надел на меня наручники, как из толпы кто-то крикнул: «Разлучник!», и вмазал мне в морду.

Завязалась потасовка. Дрались деревня на деревню. Наша деревня одержала победу и побитые бросились бежать, а «наши», вырвав колы из плетня запрыгнули в грузовик и стали преследовать беглецов по полям. Когда «Битва под Полтавой» закончилась, я заснул прямо на лавке.

Утром я проснулся с тяжелой головой и сделал попытку выйти из избы, чтобы справить нужду. Сделав шаг в направлении «уличных удобств», я по колено провалился в грязь (оказалось, что ночью прошел дождь и чернозем превратился в болото).

Я опустошил пузырь на «Святую землю», вошел в хату и начал переговоры. Переговоры шли довольно трудно. Ревнивая селянка не хотела отпускать ни на шаг от себя «Горца — плейбоя», и мне пришлось пойти на компромисс — взять ее с собой. Добирались до асфальта мы на громадном тракторе (все как в песне).

Привез, нашу «сладкую парочку» с опозданием на день. Клейнот ничего мне не сказал (но думаю, что был не доволен). В общем, хепиенда как в фильме «Свинарка и пастух» - не получилось.

 


«Кавказский Аул» - накрылся. Наше «законное» место занял другой, более расторопный, коллектив. И Виталий направил вектор наступления на Дивноморск.

Там заправляли «продвинутые» в современной музыке греки, и наличие фольклорного репертуара не требовалось. По донесениям разведки, они держали бар на побережье моря. Наша «Бригада» двинула свои ряды в сторону Черноморского побережья. Как полагается нас сопровождала группа поддержки, жены и дети.

Добравшись до пункта дислокации, выяснилось, что «Бар» - это будка по разливу «Пепси Колы», заправленной коньяком местного производства, примыкающая к столовой для отдыхающих, а очертания будущей торговой и танцевальной площадки существует только на бумаге. Клейнота это не смутило, он нашел где-то мотопилу «Дружба» и я с помощью мужской половины группы поддержки, стали строить сцену и забор вокруг заведения (чтоб «халявщики» не просочились). Пока мы строили, ребята репетировали. Через несколько дней «частокол для крепости» и сцена были готовы. Репетиции, так же, сыграли свою рекламную роль — место стало популярным на побережье.

Как это обычно бывает: Талант прозябает в нищете. Люди на наши выступления ходили, слушали «фирменное звучание» шлягеров, пили, ели, но - не платили. Мы перебивались с хлеба на квас. Выручала нас только харизматичность Коли Расторгуева, в которого были влюблены все девчонки — практикантки, которые проходили практику в примыкающей столовой, они подкармливали нас и наших детей, чтобы заполучить благосклонность Коли — Бельмондо (между нами у него был такой псевдоним в честь популярного тогда киноактера Жан-Поля Бельмондо, любимчика женщин). И действительно, Коля и по хоризматичности, и боксерскому прошлому не уступал своему французскому визави. Мой двухлетний сын зарабатывал для нас с женой фрукты, которые ему давали отдыхающие кемпинга, в котором мы жили, распевая «Вологду», стоя на пенке.

Наш дружный творческий коллектив просуществовал до конца курортного сезона и по приезду в Москву, через некоторое время, музыканты разошлись по коммерчески-популярным, тогда коллективам, чтобы выбраться из финансовой ямы. Вновь, Виталий опередил время и проект не состоялся, по причине того, что такого рода исполнение будет финансово — востребовано только через несколько лет.

На этом закончилось мое участие в проектах Виталия Клейнота и мы встречались с ним только случайно на выставках музыкального оборудования, когда он окончательно решил стать бизнесменом.

В конце своего рассказа хочу еще раз подчеркнуть, что настоящий талант этого человека заключается в том, что он может разглядеть в молодом даровании целостную личность, передать ему часть своих знаний и не мешает развиваться в дальнейшем самостоятельно.

 


Фомин Юрий Станиславович.

 
« Пред.   След. »
 
 
Новости hardware

Новости Hi-Tech